Как-то вечером за очередным семейным ужином мы решили обсудить меню новогоднего стола. Для нас, как, впрочем, и для большинства семей, Новый год – это совершенно особенное событие чрезвычайной важности. Это полномасштабное многочасовое застолье, которое плавно перетекает в несколько дней безудержного веселья и торжества, поэтому отбор основных блюд проводится с хирургической точностью. Чего уж там скрывать, мы те еще лакомки и нам не чуждо разнообразие, но есть кое-что, что появляется в списке меню из года в год неизменно на лидирующих позициях.

Открывает наше застолье тазик салата «Оливье». Я еще была совсем маленькой, и, тем не менее, умудрилась запомнить, как на кухне у бабушки моя мама, крестная и сама бабушка несколько часов подряд нарезали этот салат в большущий таз, скромненько стоящий рядом на табуреточке. Бабушка говорила, что во времена ее молодости достать говядину для салата было непросто, поэтому в ход шла колбаса докторская. Так салат «Оливье» трансформировался в салат «Столичный» и горделиво красовался на столах у всех семей в Советском Союзе. Этот салат стоит особняком, вне времени и страны, он как красная нить связывает многие поколения между собой, подстраиваясь под вкусы и модные тенденции. «Столичное оливье» стал тем же символом праздника в нашей стране, как красные звезды и кремлевская елка.
Вторым вечным спутником любого новогоднего застолья был и остается салат «Селедка под шубой». Это чудо кулинарной мысли появилось на столах граждан СССР настолько давно, что мне кажется, уже никто и не представляет себе торжества без фиолетовой горки в селедочнице посреди блеклых белых салатиков и пестрых закусок. Это сейчас в магазинах мы покупаем уже очищенное филе селедки, а вот моя бабушка признавала только обычную рыбу, максимально свежую и достаточно крупную, чтобы хватило на две порции салата. Разделка и очистка такой вот рыбешки со всеми этими тонким ножами и пинцетами с лупой становилась похожа на работу мастера ювелирного дела или опытного нейрохирурга.
Традиции стары как мир, и появление на столе шпрот и красной икры, аккуратно тоненьким слоем намазанных на хлеб с желтым сливочным маслом, - это нерушимый обет. У нас в семье никто эти шпроты особо-то и не ест, но на новогоднем столе они появлялись, и будут появляться несмотря ни на что. Шпроты и бутерброды с икрой были ярким символом общего достатка в СССР, а у нас это своего рода признак уважения к семейной истории, минутка памяти дедушкам и прадедушкам, которых с нами уже нет.
Без чего же еще не происходит ни одно новогоднее застолье? Конечно шампанское! Это сейчас мы присматриваем для праздника дорогое и вкусное игристое, а в свое время традиционным напитком считалось «Советское шампанское», которое ужасно горчило, и, со слов моей бабушки, неизменно громко выстреливало пробкой в беленый потолок, видимо намереваясь оставить в нем дырку.
Кстати, еще бабушка рассказывала, как пару раз лично отстаивала большую очередь, ради копченой колбасы и мандаринов к праздничному столу. И что не всегда мандарины доживали до нового года. Их уничтожение еще до того, как бабушка добиралась домой, и стало причиной ее почетного отстранения от подобного рода покупок.
Мне как-то показалось странным, в сравнении с нашим сегодняшним меню, что никаких салатов вроде «Гавайского» или «Цезаря», на столе не было. Но мне честно объяснили: салаты – это не еда, и что я ничего в застольях не смыслю, а прощается мне это лишь в силу возраста. Бабушка, отсмеявшись, потом серьезно заявила, что еще лет тридцать назад у нас на стол всегда подавались заливные и холодец, а еще очень много солений домашних, потому как мужчин было больше и под «Пшеничную» такие вот закуски уходили на раз. Кстати, как готовили холодец, даже я помню: большущие кастрюли, в которых все кипело и варилось, а потом разливалось в специальные эмалированные посудины и размещалось на балконе, (тогда еще не на крытой теплой лоджии, а на обычном таком балконе, запорошенном снегом), как сейчас встают у меня перед глазами.
Раньше наши новогодние застолья проходили куда как основательнее и подготовки требовали соответствующей. Но все равно большая часть меню нарезалась и замешивалась, выпекалась и украшалась уже самого 31 числа. С самого утра на кухне постоянно что-то варилось, жарилось, чистилось, раскладывалось и все происходило в какой-то необъяснимо торжественной, но удивительно органичной суматохе. Такая вот готовка на скорость была настоящим соревнованием со временем, которая завершалась часу в седьмом вечера, после чего в квартире наступал общий тихий час, чтобы в десятом часу уже начинать накрывать на стол и готовиться провожать Старый год.
Вспоминая Новый год, моя бабушка всегда упоминала, что в доме стояла настоящая зеленая елка. Лесная красавица, разряженная конфетами и бумажными гирляндами, оригинальными игрушками, с ярко-алой звездой на верхушке, занимала почетное место возле окна и оставалась там еще очень-очень долго. Запах хвои, мандаринов и потрескивающие пузырьки шампанского в хрустальном бокале, громкий обратный отсчет, все это происходило у нас (уверена, и у Вас) дома тогда, происходит и сейчас, даже, несмотря на то, что бабушки в этом году, за одним столом с нами уже не будет.
Берегите своих родных и семейные традиции, и счастливого вам Нового года!